Васильев Б - А зори здесь тихие (Т. на Таганке, В. Шаповалов, 3. Славина, Н. Шацкая, 1971)

 
Код для вставки на сайт или в блог (HTML)

Инсценировка Ю.Любимова и Б.Глаголина
Постановка Ю.Любимова
Художник Д.Боровский
Композитор Э.Денисов
Премьера состоялась 6 января 1971 года

Васков - В. Шаповалов
Рита Осянина - 3. Славина
Женя Комелькова - Н. Шацкая
Лиза Бричкина - М. Полицеймако
Соня Гурвич - 3. Пыльнова
Галя Четвертак - Т. Жукова
Кирьянова - В. Радунская
Хозяйка - И. Ульянова

...Сирена "воздушной тревоги" загоняет зрителей в зал как в бомбоубежище. Вход в него завешен куском жесткого брезента. Вы вынуждены нагнуть голову, касаясь грубой фактуры войны. Вы входите в театр, поклонившись.

На пустой сцене стоит почти в натуральную величину дощатый кузов грузовика военных лет с номером на борту: "ИХ 16-06". Это единственная декорация художника театра Давида Боровского.

... Военный грузовик "ИХ 16-06" в спектакле "А зори здесь тихие..." был емкой и лаконичной метафорой войны. Образ этот поражал своей предельной простотой, выразительностью, сочетанием натуральности и театральной символики. Два часа без перерыва мы смотрели на сцену и удивлялись ее трансформации самыми простыми, лаконичными средствами. Немного воображения и откинутый борт грузовика превращает сценическую площадку в лесную поляну, в блиндаж, в походную баню. Вертикально подвешенные к колосникам борта "полуторки" станут в последней картине спектакля таинственными деревьями полутемного леса и закружатся, как живые, с девчатами в их посмертном вальсе.

"А зори здесь тихие...", пожалуй, самый поэтический и гармоничный спектакль Любимова. Он объединил в нем ранее разрозненные стилевые начала - театр условный и психологический. В нем нет режиссерских излишеств, актер выступает в нем на равных правах с режиссером, творцом одной театральной действительности. Не случайно после этого спектакля заметно поутихли в критике разговоры о том, что Таганка, мол, театр сугубо режиссерский и большим актерам в нем, дескать, делать нечего.

Любимовский рассказ о жестокой войне был удивительно нежным и даже в чем-то интимным. На наших глазах одна за другой погибали милые девушки в солдатских гимнастерках трудным августом 1942 года, и режиссер, избегая сантиментов, показывал противоестественность того, что заставило этих милых девчат браться не за свое дело и совершать подвиги. Продолжая линию "Павших и живых", Любимов и его актеры развенчивали миф о войне как о "Великом деянии". "Несчастна страна, которая нуждается в героях", - сказал однажды Б.Брехт. По существу, ту же мысль о бессмысленности многих жертв проводили в спектакле и таганковские актеры в "Зорях", вступая в подспудный спор с дешевым казенным оптимизмом, заявлявшим якобы от лица подданых: "Когда страна прикажет быть героем, у нас героем становится любой".

А.Гершкович. Театр на Таганке.
http://www.taganka.org/html/stuecke/sori.htm