Панова В - Евдокия (ЛР, чит. О.Гудим-Левкович, 1963)

 
Код для вставки на сайт или в блог (HTML)
_______

Ольга Ивановна Гудим-Левкович - мама Кирилла Юрьевича Лаврова
(теперь понятно, в кого он такой талантливый)
Фото - вырезка из газеты Радиопрограммы" 1935 года
_______

(фрагмент)

...Евдокия пошла за покупками и взяла с собой Сашеньку. Она боялась даже на час оставить его без присмотра, - вырос и такой стал самостоятельный, озорной, Евдокии день и ночь было за него беспокойно. И, кроме того, красив стал необыкновенно; Евдокия считала - таких красивых детей больше и нет; она боялась, как бы его не украли.
Они долго ходили по обувным и мануфактурным магазинам, потом зашли в кондитерскую и купили пирожное. Сладкое тесто Сашенька съел, а крема не захотел, крем съела Евдокия. Потом они взвешивались на весах, пили воду с сиропом и купили синего фланелевого медведя с пуговками вместо глаз. Сашенька не захотел нести медведя, несла Евдокия. Вернулись домой усталые. Саша как был, одетый, лег поперек Евдокииной кровати и заснул. Евдокия сняла с него ботиночки, подложила ему подушку под голову и принялась за стряпню. Вдруг постучались, и вошла та женщина.
У нее не было ни кудряшек, ни высоких каблуков. Она вошла смиренно и попросила Христа ради. Евдокия усадила ее у двери, дала шаньгу и стакан молока. Женщина не торопилась есть, она непохожа была на голодную толстая, щеки красные; только одежа была истрепанная и грязная. Хлопоча возле печи, Евдокия спросила:
- Молодая, здоровая, - почему не работаешь? Нешто так хорошо?
Женщина не смутилась:
- Однако ты тоже не работаешь.
- Я на пять душ варю, стираю, шью. Я себя оправдываю. При мне четверо детей содержится да муж.
- Не твои дети-то, - усмехнулась женщина.
Евдокия остановилась с ухватом:
- Ну? Что ж, что не мои дети?
- Приемыши, - сказала женщина. - Кто-то носил, кто-то родил, а тебя мамой зовут. - Она залпом осушила стакан молока. - Какая твоя заслуга?! воскликнула она, с размаху ставя на ларь пустой стакан. - Ты мучений за них не приняла! Шаньгой глотку затыкаешь! - Она кинула шаньгу Евдокии под ноги, размотала рваный платок, отрыгнула, - Евдокия только тут догадалась, что она пьяна. - Вишь, какая разумная! Сто рублей давай, да еще возьму ли, нет ли, там видно будет!
- За что сто рублей? - изумилась Евдокия.
- Бона! - закричала женщина визгливо. - Безвинная какая, гляди на нее! Подавай сто рублей, а не то отдавай сына, слышь?! Пятый год сыном пользуешься, а мне шаньгу тычешь, вишь какова!
Евдокия поставила ухват и коротко вздохнула.
- Заберу, и не увидишь, у меня на него метрика есть! - кричала женщина...
_______


Подготовлено Подкастом Старого Радио, 27/III-2018